Сергей Кириенко, 26 июля 2020 – аналитический портал ПОЛИТ.РУ

Дефолт 1998 года

С апреля по август 1998 года Сергей Кириенко – Председатель Правительства Российской Федерации. Государственная дума дважды – 10 и 17 апреля 1998 года – отказывала в согласии на утверждение Кириенко на посту председателя правительства. Только 24 апреля, после третьего голосования по его кандидатуре, Кириенко 251 голосом (при минимуме 226) был утверждён Государственной думой в должности председателя правительства (после 3-го отказа президент имел право распустить Думу). В тот же день Ельцин подписал указ о назначении Кириенко председателем Правительства Российской Федерации.

Уже к моменту назначения Кириенко в России вот-вот должна была рухнуть финансовая пирамида государственных краткосрочных облигаций (ГКО), запущенная при председателе правительства Черномырдине. В программной речи перед Госдумой Кириенко сообщил, что «экономике России нанесён тяжёлый удар азиатским финансовым кризисом». В результате кризиса мировые цены на нефть упали до уровня 10 долларов за баррель с тенденцией к дальнейшему понижению.

Общий объём годового государственного бюджета России тогда составлял около 20 млрд долларов, при этом накопленный долг по зарплатам в РФ – около 70 млрд долларов, а совокупный внешний долг – около 170 млрд долларов.

Последствия азиатского кризиса ещё не стали в России для всех очевидными, предупредил Кириенко, но неизбежные потери федерального бюджета новый председатель правительства оценил в 30 млрд долларов. Фактически уже в первые дни работы Кириенко обнаружил, что ситуация с финансами намного хуже, чем он ожидал.

При формировании правительства единственным заметным изменением стало резкое сокращение числа заместителей председателя правительства и упразднение должностей первых заместителей председателя Правительства. Портфели заместителей председателя Правительства получили Борис Немцов, Олег Сысуев и Виктор Христенко.

В кабинете Кириенко находился и политик левого спектра: при перестановках в правительстве 22 июля 1998 года на должность министра промышленности и торговли был назначен представитель КПРФ Юрий Маслюков. Этой мерой правительство Кириенко ничего не приобретало в плане профессионализма, зато теряло верного сторонника примиренческой линии в Госдуме.

Главной макроэкономической идеей, которую сразу стали обсуждать в правительстве Кириенко, была девальвация рубля, курс его тогда составлял около шести рублей за доллар, что в условиях сверхдешёвой нефти приводило к быстрому истощению валютных ресурсов государства.

Подешевевшими в результате девальвации рублями было бы проще рассчитаться по внутреннему долгу. Однако тяжёлое долговое бремя лежало в 1998 году не только на федеральном бюджете, но и на коммерческих банках. Их интересам девальвация нанесла бы существенный урон – на обесценившиеся рубли банки не смогли бы приобрести достаточные объёмы долларов, чтобы расплатиться по внешним долгам. Ускорилось бегство капиталов из России.

20 июля 1998 года Международный валютный фонд выделил Российской Федерации стабилизационный кредит, первый транш которого в 4,8 млрд долларов поступил в конце месяца. Однако эффект его оказался кратковременным.

В этой ситуации Кириенко предложил Госдуме антикризисную программу, суть её состояла в том, чтобы резко сократить государственные расходы. Были предложены два варианта действий на выбор депутатов. Либо парламентским актом одобрить секвестр бюджета – пропорциональное урезание его расходов по всем или большинству статей.

Госдума отклонила антикризисную программу кабинета Кириенко, не дав ему дополнительных полномочий, и не предложив никакой разумной альтернативы. Летом 1998 года у президента Ельцина, раздражённого жёсткой позицией фракции коммунистов в Госдуме, возникло спонтанное желание издать указ о запрете КПРФ, однако срочно прибывший к нему Кириенко смог удержать главу государства от поспешного и рискованного решения.

Тем не менее, правительство не смогло сэкономить на расходах, в результате доверие к его кредитоспособности снизилось, западные инвесторы ажиотажно избавлялись от российских ценных бумаг, а вырученные рубли срочно конвертировали в доллары. Курс рубля стал стремительно падать.

На фоне отказа российских властей от непопулярных мер экономии МВФ не пожелал предоставлять второй транш кредита. В первых числах августа 1998 года из-за обесценивания российских валютных бумаг и отсутствия спроса на ГКО коммерческие банки оказались перед угрозой банкротства, частный сектор экономики был не в состоянии вернуть долларовые кредиты.

14 августа российский валютный рынок практически остановился. Перед Кириенко встала дилемма – или потратить последние резервы, напечатать ничем не обеспеченные рубли и таким образом рассчитаться с держателями ГКО; или – провести девальвацию рубля и приостановить, хотя бы частично, выплату долгов.

Впервые в российской истории премьер Кириенко объявил дефолт – мораторий (временный отказ) от выплаты долгов. Эта мера коснулась как суверенных, так и частных долгов. Российским частным заёмщикам было разрешено не платить по долгам иностранным кредиторам в течение 90 дней. Сам Кириенко впоследствии признал, что принял плохое решение, – но только для того, чтобы избежать худшего.

16 августа Кириенко известил президента Ельцина, что правительство принимает на себя ответственность за случившееся и готово подать в отставку. Тогда Ельцин счёл отставку кабинета Кириенко преждевременной и предложил ему продолжить работу. На следующий день, в понедельник 17 августа 1998 года, в России было публично объявлено о дефолте, курс рубля рухнул почти в 3 раза, к 1 октября он опустился до 16 рублей за доллар.

Среди населения началась паника, люди массово ринулись забирать вклады из банков, а затем в обменные пункты – скупать твёрдую валюту на все оставшиеся наличные рубли. Возвратить вклады всем желающим, да ещё одномоментно, банки не смогли. Обменные пункты стали закрываться из-за отсутствия валюты.

На предприятиях и в организациях начались массовые увольнения, поскольку выплачивать зарплату стало нечем. Как признал позже Кириенко, принимая решение о дефолте, он и его коллеги по правительству не предвидели, что психологический удар по населению будет такой сокрушительной силы, что в обществе распространится такая паника.

21 августа 1998 года все фракции Госдумы солидарно приняли постановление о недоверии правительству и потребовали отставки премьера Кириенко. Утром в воскресенье 23 августа Ельцин вызвал к себе Кириенко и объявил ему об отставке. Экс-премьер воспринял решение главы государства с пониманием, предложил назначить новым председателем правительства близкого к левым политическим кругам главу Совета Федерации Егора Строева.

Против бывшего секретаря ЦК КПСС Строева, считал Кириенко, коммунисты возражать ни в коем случае не будут, а это сразу снизит градус напряжённости и панические настроения в обществе. Ельцин рекомендацию Кириенко не принял, пытался вновь вернуть на пост премьера Черномырдина, однако Госдума дважды отклонила его кандидатуру.

Не желая нового противостояния с парламентом и возможного его роспуска, на третий раз Ельцин под давлением парламентского большинства поручил сформировать правительство министру иностранных дел и политическому тяжеловесу Евгению Примакову.

В правительстве Примакова Ельцин предложил недавно уволенному Кириенко должность первого вице-премьера. Тем самым Ельцин пытался соединить опыт Примакова с динамизмом Кириенко, которого президент считал «талантливым и умелым» человеком. Однако Кириенко отказался, мотивируя своим неверием в коалиционное правительство и отсутствием внятной экономической программы у кабинета Примакова.

По итогам своей деятельности во главе правительства Кириенко вместе с Борисом Немцовым и Анатолием Чубайсом стал известен как «молодой реформатор», пытавшийся реализовать в России масштабные экономические реформы либерального толка. Проведение реформ было осложнено резким снижением экспортных цен на нефть (в моменте до 9 долларов за баррель), которое привело к нестабильности на финансовых рынках и удорожанию обслуживания государственного долга РФ.

Сам Кириенко говорил: «Грубая ошибка думать, что кризис случился 17 августа. Все мало-мальски профессиональные люди отлично понимали, что мы в нем оказались значительно раньше – как минимум, еще весной. Я уже не говорю о том, что смешно полагать, что системный долговый кризис может возникнуть вдруг, в один день: просто семнадцатого августа он стал для всех, в том числе и для не профессионалов – зримо виден.

Для меня же все стало очевидно еще в конце марта, когда меня назначили исполняющим обязанности председателя правительства, и я сел за анализ макроэкономической ситуации в стране – чтобы понимать, с чего мне предстоит стартовать. И анализ показал: положение аховое.

Совокупный государственный доход – порядка 22-23 миллиардов рублей. Минимальные расходы – 25-26 миллиардов рублей. Плюс ежемесячные погашения по ГКО достигли 30 миллиардов рублей. Это означает, что у нас не только текущие доходы с расходами не бьются, это значит, что значит, что, если мы даже все наши доходы направим на погашение текущего долга, то нам их все равно не хватит.

Следовательно, нам каждый месяц надо занимать 30 миллиардов, чтобы погасить ГКО плюс проценты на их обслуживание, плюс – занять еще хотя бы 2 миллиарда на покрытие текущих расходов. То есть, во-первых, мы методично увеличивали свои долги, во-вторых, не взяв новых не могли вернуть старых долгов.

Причем парадокс состоял в том, что совокупный долг внутренний и внешний в массиве, скажем, валового внутреннего продукта, был вполне приемлемым – меньше 50% ВВП, это не такой уж большой показатель. Многие страны, скажем, США, имеют гораздо больший показатель.

Каждый год утверждаемый с дикими конфликтами между правительством и Думой бюджет, оказывался таким, что доходы в нем всегда были меньше расходов. В результате, каждый новый кредитор начинает бояться, что он последний, кто дал деньги в долг и, следовательно, обратно его не вернет.

Начинается кризис доверия. Иностранные инвесторы демонстрируют, что они не хотят давать в долг, поскольку не видят, когда же мы сведем доходы с расходами и станем хотя бы чуть-чуть возвращать долги – в результате, заемные деньги становятся дороже, а это первый признак того, что к вам начинают как к заемщику относиться хуже, закладываются на риск.

Российские инвесторы демонстрируют свое неверие тем, что начинают более активно скупать валюту. Население, у которого в долг берут через не выданную заработанную плату, через задержки с пенсиями, демонстрируют свое неверие тем, что укладываются на рельсы…

В результате в мае – ровно через неделю, как я представил новое правительство президенту – резкий скачок доходности ГКО. Отсюда – затраты на обслуживание государственных обязательств растут по экспоненте: если стоимость ГКО – 20%, значит на обслуживание ГКО в объёме 200 миллиардов рублей мы тратили 40 миллиардов в год; но если ставка возрастает до 50 процентов то они обходятся уже в 100 миллиардов.

Кроме того, долги короткие – месячные, трехмесячные, полугодовые, то есть государственные бумаги за год имели два-три оборота и гасить их приходилось каждую неделю. А это значит, что кредитор знает: вынь да положь, а на следующий неделе мне надо погасить, скажем 10 миллиардов ГКО, следовательно занимать я буду под любой процент- под столько сколько дают, а не под столько сколько я хочу.

Следовательно, зависимость от кредитов постоянно возрастает. Короче, все как в том старом фильме, где герой обьясняет, чем пьяница отличается от алкоголика. Пьяница, говорит он, может пить, если захочется, а может и не пить. А алкоголик, хочет пить – пьет, и не хочет – тоже пьет. Тоже самое и с заимствованиями. Самый плохой должник – тот, кто уже не может не брать в долг».

Результатом проведённого правительством Кириенко дефолта стала ликвидация пирамиды ГКО-ОФЗ, снижение государственных расходов на обслуживание долга. Вместе с тем дефолт повлёк за собой спад производства и доходов населения, потерю работы сотнями тысяч граждан, острый банковский кризис, скачок инфляции, сильное падение обменного курса рубля.

Не лучшим образом на репутации Кириенко отразилось широковещательное заявление президента Ельцина, сделанное 14 августа 1998 года, то есть за три дня до дефолта, когда глава государства со ссылкой на правительство уверенно гарантировал россиянам, что девальвации не будет, что всё просчитано и находится под контролем. Впоследствии эти «гарантии» трактовались как сознательное введение граждан в заблуждение.

Положительным следствием резкой девальвации рубля стало масштабное импортозамещение и увеличение конкурентоспособности внутреннего производства – которые стали очевидными уже при премьерстве Примакова.

В народе четырёхмесячное премьерство Кириенко ещё долго ассоциировалось с кризисом и потрясениями 1998 года, закрепившимся за молодым реформатором прозвищем «Киндер-сюрприз».

Характеризуя профессиональный и человеческий стиль поведения Кириенко, различные эксперты отмечают его неизменную корректность, вежливость и учтивость – как в отношениях со сторонниками, так и с политическими оппонентами; и в конфликтных ситуациях, и с разными по рангу чиновниками.

В 1999 году был кандидатом в мэры Москвы. На выборах занял второе место с 11,2 % голосов, уступив переизбранному Юрию Лужкову.

18 декабря 1998 года возглавил собственное общероссийское общественное политическое движение «Новая сила» которое было официально зарегистрировано Минюстом РФ и позднее вошло в состав новой политической организации «Союз правых сил» (СПС).

Как лидер списка СПС шёл на выборах в Государственную думу. Список получил 8,52 % и занял четвёртое место. Накануне выборов Кириенко от имени СПС встретился с премьер-министром России Владимиром Путиным и передал ему программу блока, подготовленную перед выборами.

В 1999-2000 годах – депутат Государственной думы, лидер фракции «Союз правых сил», был членом комитета Думы по законодательству. На состоявшемся 20 мая 2000 году учредительном съезде всероссийского движения «Союз правых сил» был избран сопредседателем движения (вместе с Анатолием Чубайсом, Егором Гайдаром, Борисом Немцовым и Ириной Хакамадой). Однако вскоре приостановил своё членство в СПС в связи с переходом на госслужбу.

Депутатские полномочия Сергея Кириенко были досрочно прекращены 31 мая 2000 года в связи с переходом на работу в Администрацию президента РФ.

С 18 мая 2000 – 14 ноября 2005 – Полномочный представитель президента Российской Федерации в Приволжском федеральном округе. Среди успехов Сергея Кириенко во время полпредства называют встраивание приволжских республик – Башкирии и Татарстана – в так называемую вертикаль власти, а также гармонизацию регионального и федерального законодательства.

Действительный государственный советник Российской Федерации 1 класса (2000).

С 2001 года – председатель Государственной комиссии Российской Федерации по химическому разоружению.

14 ноября 2005 года был освобождён от должности полномочного представителя в результате кадровых перестановок, проведённых президентом.

В 2005 году избран председателем Национального совета айкидо России (президент «Федерации Айкидо “Айкикай России”»). С момента основания в 2005 году – сопредседатель Российского Союза боевых искусств (совместно с Ю. П. Трутневым).

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (1 оценок, среднее: 4,00 из 5)
Загрузка...

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.